Four Roses Bourbon

Легенда о четырёх розах

Фирменная история бренда рассказывает о южной красавице, которая пообещала Полу Джонсу-младшему явиться на бал в корсаже из четырёх алых роз, если согласна выйти за него замуж, — и сдержала слово. История красивая, но документально не подтверждена: по данным исследователей бурбона, сам Джонс так и не женился, а некоторые историки допускают, что легенда могла изначально относиться к его племяннику Лоуренсу Джонсу, унаследовавшему бизнес. Как бы то ни было, к 1888 году название Four Roses было официально зарегистрировано как товарный знак в Луисвилле, Кентукки.

⤢

«Из всех марок бурбона Four Roses, пожалуй, самая «научная» по методу производства» — Difford's Guide о системе из десяти рецептов

Испанская миссия посреди Кентукки

Винокурня, где сегодня делают Four Roses, построена в 1910 году в Лоренсбурге на берегу реки Солт и называлась тогда Old Prentice Distillery. Архитекторы Joseph & Joseph выбрали для Кентукки неожиданный стиль — испанскую миссию: кремовая штукатурка, черепичная крыша, арочные проёмы и разбитые вокруг сады резко выделяют комплекс среди типичных бревенчатых и кирпичных ричхаусов бурбонного пояса. В 1987 году здание внесли в Национальный реестр исторических мест США как один из редчайших примеров такой архитектуры в штате.

⤢

Аптечная лицензия, спасшая бренд

В 1922 году, уже во время сухого закона, компания Paul Jones приобрела Frankfort Distilling Co. и объединила фирмы во Frankfort Distilling Corporation, получив одну из всего шести лицензий на выпуск «медицинского» виски — рецептурного бурбона, который продавали через аптеки. Это позволило Four Roses оставаться на легальном рынке все годы Прохибиции, пока большинство конкурентов простаивало, и, по данным ряда источников, занять заметную долю продаж виски в США к моменту отмены запрета в 1933 году.

Сорок лет под чужим именем

Настоящая драма бренда началась в 1943 году, когда его купила канадская Seagram. К концу 1950-х компания сняла подлинный кентуккийский стрейт-бурбон с прилавков США, заменив его дешёвым купажированным виски под тем же жёлтым лейблом и розовым корсажем на этикетке, — многие покупатели годами не замечали подмены, а репутация имени пострадала настолько, что виски прозвали «rotgut». При этом настоящий Four Roses не исчез: его продолжали выпускать исключительно на экспорт — в Европу и особенно в Японию, где в 1972 году Kirin и Seagram даже учредили совместное предприятие Kirin-Seagram для дистрибуции бренда, и он стал одним из самых продаваемых бурбонов на японском рынке.

Возвращение через Тихий океан

В феврале 2002 года японская Kirin Brewery выкупила Four Roses целиком, немедленно прекратила выпуск купажированной версии и начала выкупать её остатки у дистрибьюторов, чтобы окончательно очистить рынок. Мастер-дистиллятор Джим Ратледж, отдавший бурбонной индустрии почти полвека, добился возвращения подлинного стрейт-бурбона на прилавки США: в 2004 году вышел Four Roses Single Barrel, ставший точкой отсчёта нового успеха бренда на родине. В 2015 году Ратледж ушёл на покой, передав пост мастер-дистиллятора Бренту Эллиотту, который руководит производством и сегодня.

Десять рецептов вместо одного

Отличительная черта Four Roses — уникальная для бурбона система из десяти рецептов: два сусла (B — 60% кукурузы, 35% ржи; E — 75% кукурузы, 20% ржи, у обоих по 5% ячменного солода) сочетаются с пятью фирменными штаммами дрожжей (V, K, O, Q, F), каждый из которых даёт свой оттенок — от фруктового до пряного и цветочного. Мастера-купажисты собирают из этих десяти рецептов финальные купажи, добиваясь стабильного вкуса без единого «универсального» рецепта; Difford's Guide называет Four Roses едва ли не самым «научным» из всех бурбонов. Ещё одна техническая особенность — одноэтажные ричхаусы вместо привычных многоярусных: перепад температуры внутри не превышает 8°F против 30–35°F у многоэтажных складов, что даёт более ровную выдержку.

Новая глава: возвращение в американские руки

В апреле 2026 года Kirin Holdings завершила продажу Four Roses американской семейной компании E. & J. Gallo Winery — сумма сделки могла достичь 775 млн долларов. Впервые за 83 года бренд вернулся под контроль американского владельца; в компании заявили о преемственности команды, включая мастер-дистиллятора Брента Эллиотта. Уже в 2026 году винокурня выпустила новую экспериментальную линейку, включая бурбон с финишем в бочках японского дуба мидзунара, — символичный привет японскому периоду истории бренда.